ОН ХРУПКИЙ

 

 

Дождливая серая вата сверху

И снежная серая вата снизу,

В коробке большой,

Из гофрокартона

Старой, всегда чуть влажной,

С надписью Жоржъ Борманъ,

Что перечеркнута лентой ушедших эпох.

Город в ее уложен —

Как елочная игрушка

С названием Санкт-Петербург.

 

Уложен мною давно и с любовью

Чтобы шпили, чтобы кресты

Не отломились и сфинксы.

Чтоб не погнулись колонны

И мосты не заело

И площади не помялись.

Чтоб не прохудились каналы,

Чтобы Невский с Лиговским

Не завязались пьяным узлом

И набережные.

Чтобы А. Ю.,

Человек среднего роста

Не кружил в волненьи по ним,

Пойманный лентой Мёбиуса

Августа Фердинанда.

 

Я достаю коробку с антресоли,

Тяну за ленту,

открываю крышку

И достаю игрушку.

Как засинеет небо над заливом,

Ее я вешаю на ветку дуба

В Летнем саду

И мы с тобой,

Мы, все, малые дети —

Счастливы.

Мы улыбаемся

И смеемся на холодном ветру.

 

 

 

© В.Шомов Сентябрь 2019

Ответить:

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Подвал сайта