На Киевской улице, в коммуналке, куда меня привезли из роддома в начале 1960 года, одной соседкой, как мне рассказывали, была молодая Людмила Зыкина. Да, да, представьте себе, соседка по коммунальной квартире — «Издалека долго, течет река Волга….» Резона нет врать. А другой соседкой была Циля Семеновна – она помогла моим молодым родителям, когда я очень заболел и чуть было второпях не покинул этот свет. Очень заболел, ну просто на гране фола был. А она помогла и вместе с моей бабушкой Федосей всю педиатрию Москвы задействовала. И меня выходили.
На Краснопролетарской улице в полуподвале соседей было много – 20 семей, наверное, — система коридорная, коммунальная кухня, коммунальный жуткий туалет с тремя кабинками. Среди многополярного коллектива жильцов мне 4-хлетнему запомнился человек, которого папа называл Юрка Морковкин. Он был боксер-любитель в весе пера – маленький и жилистый, выступавший за общество «Трудовые резервы». Именно он, выбегая в трусах по колено и в майке, из раза в раз укорачивал, разбушевавшуюся в ночи коммунальную пьяную братию и их безобразных гостей, посредством аперкота, которым, при невероятной прямолинейности, длине и узости коридора, валил всю, почеркиваю всю (!) группу из 5-6 неустойчивых оппонентов. Валил, как поставленные на попа костяшки домино.
Потом на улице Каляевской в коммунальной квартире на первом этаже двухэтажного деревянного дома дореволюционной постройки с парадным и черным ходом, высоченными двустворчатыми дверями, полом покосившимся на 5, а может и 7 градусов, то есть реально покатым, соседками были 2 сестры еврейки Софья Абрамовна и Роза Абрамовна. Первая была толстой и доброй, вторая — сухонькой, желчной и трясла головой… Роза Абрамовна научила маму готовить фаршированную рыбу.
В отдельной квартире на улице Королева соседей по лестничной клетке не помню. А когда жил в пятиэтажке на Рублевским шоссе ныне, слава Богу, снесенной, – опять помню. В ближайшей соседней квартире с самого начала жил умнейший профессор-военный историк, писатель из старой московской интеллигенции, редкий специалист по 2-ой Мировой войне, но он переехал. После него здесь поселился его сын Володька Проэктор, с которым я по-настоящему сдружился — мы были почти ровесники. Он работал в музее космонавтики, был интересный и веселый человек, но скоропостижно умер. Спустя какое-то время его жена вышла за муж за грузина-лимитчика с соседней стройки. Тот попытался ограбить магазин Ветеран в соседнем доме и сел в тюрьму. Жена спилась и умерла. Лимитчик, придя из мест заключения, сдал свою квартиру азербайджанцами. И вот тогда азербайджанцы устроили там ад кромешный. Думаю, соседская квартира была геопатогенной зоной — проклятым местом.
Картинка: Владимир Любаров. Дочка выходит замуж
